Стена Седогрива

В столе долгое время вызревает статья по войну Гилнеаса против Отрекшихся. Любопытный конфликт, как ни кури. Материал уже так раздуло, что настала пора его уполовинить. Сегодня изучаем памятник архитектуры и думаем над его ролью в истории.

Немножко истории

Чтобы понять, зачем король отгрохал такую стену, нужно покопаться немного в старых записях. Из них мы узнаем, что до Второй войны Гилнеас считался могущественной державой наравне с Лордероном и Стромгардом. Ключевое слово «считался». В упомянутом конфликте королевство показало себя не с лучшей стороны. Вторжение орков на свой остров Зул Дар просмотрели. Рыцарский отряд во главе с молодым бароном Годфри бесславно разгромлен.

Королю было не очень приятно слушать такие вести. Не решаясь повторно позориться в военных столкновениях, Седогрив стал постепенно отлынивать от участия в делах Альняса. Дескать, Гилнеас свои проблемы может решать самостоятельно. Такая манера вести дела ослабила влияние государства на внешнеполитической арене. Попытка предъявить свои права на престол Альтерака не увенчалась успехом.

Слабость гилнеасской дипломатии в полной мере выразилась, когда король Лордерона однозадачной рукой диктатора обязал всех членов Альянса содержать пленных орков и стражу. Генн Седогрив сделал встречное предложение — перебить всех зеленокожих, но не нашел поддержки. Тогда правитель Гилнеаса произнес свои знаменитые слова: «К черту орков, к черту Альянс, к черту вас! Довольно тянуть наши ресурсы, вмешиваться в наши дела и убивать наших солдат! Гилнеас — свободная нация и всегда такой будет. Это последний раз, когда я разговариваю с тобой, Теренас, так что надеюсь, ты слушал».

Целая стена Седогрива

Стена Седогрива из вступительного ролика за воргенов. Еще целая.

Строительство стены

Генн Седогрив задумал проект, чтобы вернуть величие Гилнеаса на прежний уровень. Фортификация, способная своими размерами поразить любое воображение, стена имени себя любимого. Такое сооружение должно было отрезать владения Гилнеаса от остального мира, но вышла промашка. Архитекторы возразили, мол, по границе строить бессмысленно. Удобное для строительства место было намного южнее. Там и протяженность конструкции меньше, и оборонительный потенциал выше. Расходы значительно сокращались, поэтому король утвердил новую смету и план. Барон Дарий Краули, чьи владения остались за пределами стены, получил значительные привилегии и считался близким другом короля.

Когда возведение только началось, Гилнеас был процветающим государством. Но расходы оказались непомерно большими. Без внешней торговли экономика стала приходить в упадок. Налоги росли, уровень жизни, наоборот, снижался. В общем, когда основные пролеты были завершены, стало ясно — обслуживать стену будет чрезвычайно накладно.

Оборонительные возможности были невелики уже при закладке. Уже был изобретен порох, гоблины мастерили взрывчатку. Стена могла остановить неподготовленную армию или толпу, не более.

Северные врата

Ширина стен позволяла размещать осадные оборонительные орудия и проезжать коннице.

Роль стены Седогрива

Благодаря стене, Гилнеас оказался в полной изоляции от остального мира. Официальные отношения прекратились. Единственный способ попасть в страну — только морем. Многие местные жители промышляли контрабандой и пиратством. Это, кажется, полностью устраивало Седогрива.

Во время Третьей войны благодаря стене в королевство не проникла чума. Толпы народа стекались в поисках спасения, но ворота остались закрытыми. Командиры Плети не решились штурмовать укрепления и устремили свое внимание на менее защищенные провинции.

Зато против воргенов стена Седогрива не устояла. Оборотни просто перебрались через нее. Проклятие поразило Гилнеас, теперь уже стена не позволяла покинуть опасные земли. Напряжение в народе росло, этим воспользовался лорд Краули. К тому времени его взгляды на внутреннее устройство страны изменились, и он попытался свергнуть Седогрива. Вспыхнуло восстание, названное бунтом Северных врат. Мятеж подавили, а организаторов схватили.

Во время Катаклизма регион поразила серия землетрясений. Стена во многих местах разрушилась, не выдержав скручивающих нагрузок. Благодаря этому, Отрекшиеся смогли быстро взорвать остатки ворот и напасть на Гилнеас. Но об этом Ахум расскажет в другой раз.

Дамба в стене Седогрива

Дамба, образованная стеной, разрушилась. Получился симпатичный водопад.

Загляни сюда

Здесь мы разговариаем

  1. Анатолий Морин:

    Ахум пишет, что единственным подходом к Гилнеасу было море. а аборигены промышляли пиратством. Насколько мы помним, первые Отрекшиеся, с которыми встретились наши молодые волки, только что вышедшие из города, пробрались на полуостров с кораблей. Но почему нежить — ни Отрекшиеся, ни Плеть — или любопытные разведчики Альянса не могли сделать этого раньше, до Катаклизма? Так вот, не было никакого пути на полуостров: его со всех сторон окружали отвесные обрывы да острые скалы, которые Смертокрыл в гневе уничтожил. Алсо по всему периметру территории есть только один, непонятно зачем построенный причал, но зато куча рыбацких домиков. Местные жители промышляли рыбалкой на маленьких лодочках.

    Насколько я помню, во время нашествия Плети весь Лордерон стал чахнуть от чумы, даже те территории, куда нежить не добралась, Гилнеас в том числе, вопреки написанному шаманом.

    • Ахум:

      Гилнеас до Второй войны был морской державой. Поэтому есть «непонятно зачем построенный» причал. Обсуждать непроходимость целого полуострова не будет Ахум, ибо нонсенс — непроходимых лоций не бывает.

      С чумой все вообще просто — если бы она проникла в Гилнеас, мертвые бы встали в лучшем виде. Подобного мы не наблюдаем.

  2. Теллур:

    Кстати, политика Альянса в этом плане радует.
    Отрекшиеся — прокляты, их надо убивать во имя бобра!
    Воргены — прокляты! Их нужно немедленно пригласить в Альянс.

    С точки зрения войны всё ясно (с отрекшимися не заладилось, так что воргены стали превосходным источником пушечного мяса, которое поможет задержать нежить), но пафосные паладильники из-за такого решения резко скатываются с законопослушно-добрых до хаотично-добрых (и массово меняют класс на воина).

    • Арсений:

      Ну, тут просто, Отрекшиеся — мертвые. Поэтому они должны лежать в земле. А воргены — хоть и страшные, но живые. Странные, но сильные. Могут быть людьми, если хотят…

      • Теллур:

        А, ну точка зрения паладильников понятна. Это бред высший пробы, конечно, не выдерживающий никакой критики, но паладины редко качают мудрость и интеллект :)

        • Арсений:

          Так я не паладин, хотя, среди моих персонажей паладин имеется.
          Начинал охотником — им и остаюсь. А воргенов, в моей когорте персонажей, уже четверо. А всего — персонажей уже 17. 11 на Голдринне и еще 6 на Борейской Тундре. Кстати, именно на Голдринне, я лично познакомился с Ахумом. Поскольку, по рангу мы равны — оба Хранители Мудрости.

          • Ахум:

            Арсений, а где ты сейчас обретаешься?

            • Арсений:

              Да все там же, правда приходится бегать между Голдринном и Борейкой.
              Но за неделю, успеваю и там, и сям побывать… С каждой новой неделей, сначала иду на Голдринн. А на Борейке — качаюсь.

              • Ахум:

                Ачивхантеры вроде на другом рилме живут. Или Ахум слоупочит?

    • Ахум:

      «Враг моего врага — мой друг». Да еще и с поручительством ночных эльфов.

      • Теллур:

        Про точку зрения адекватных руководителей всего этого дела — ясно. Я спрашивал именно про воинов бобра, которым компромиссов не положено :)

        • Ахум:

          Союз Серебряного Авангарда и рыцарей Черного Клинка — еще один пример взаимоисключающих параграфов.

          • Арсений:

            Ну, Пепельный союз — не такое уж и редкое явление. Противоположности притягиваются.

        • Виктор Хисп:

          «воинов бобра, которым компромиссов не положено» — Алый Орден же :)
          остальные с мозгами.

  3. Picnic5:

    «Про войну»?)

    • Ахум:

      Да, пока писал про нападение Сильваны, очень много внимания уделил стене. Му не пропадать же вниманию?

  4. Treborn:

    Ахум, по поводу того что воргены перебрались через стену. Все не совсем так. Если мне не изменяет память, то в произведении про Генна Седогрива рассказывается о том, что придворный маг Седогрива сам вызвал в этот мир воргенов, дабы они защитили стену от наступавшей нежити.
    Воргены не перебирались через стену, их вырвали из заточения, в которое когда-то давно их отправил Малфурион.

    • Арсений:

      Не совсем так. Аругал призывал воргенов в Крепость Темного Клыка. В конце концов, все призванные вышли из-под контроля и устроили там резню. Проклятие воргенов проникло в Гилнеас, вместе с самими воргенами, через старую систему подземных туннелей и катакомб.
      Подробнее, и про это тоже, смотрите машиниму «The Worgen».

      • Ахум:

        Систему подземных туннелей в описываемое время создать было невозможно. Там болота кругом, какая дренажная система нужна?. Проще поверху обойти.

        • Арсений:

          Помните тоннель между центром Гилнеаса и покоем Адерика? Не думаю, что такой тоннель был один. Все-таки, Гилнеас — очень старый город. Про проникновение воргенов в Гилнеас, через подземные тоннели, есть детективный комикс «Curse of the Worgens», про то как один гилнеасский сыщик выяснял, что за убийства совершаются в его родном городе. В процессе, сыщика цапнули — сделали воргеном, а дальше — грянул Катаклизм.

          • Ахум:

            Вот в городе-то подобная фекально-эвакуационная система — норма. А вот зачем лепить проходы в стене, неясно:

            1. При масштабной стройке закладку проходов тяжело удержать в тайне;
            2. Каждый проход ослабляет кладку из-за бреши в фундаменте;
            3. Стена спокойно обходится по морю.

            • Treborn:

              и про то как ребята через тоннели проникли я в первый тоже слышу

            • Арсений:

              Да, простая контрабанда, то же кул-тирасское вино, что любил пить лорд Годфри. Небольшой путь для торговли с внешним миром. Учитывая, что утесы, окружающие Гилнеас, делают невозможной атаку с моря. А большая часть Гилнеасского флота была потоплена во время Второй войны, во время захвата Старой Ордой гилнеасской морской базы на острове Зул’Дар.

              • Виктор Хисп:

                Морские пути сообщения никто не отменял, особенно с островным Кул-Тирасом.
                «что утесы, окружающие Гилнеас, делают невозможной атаку с моря.» они не помешали флоту Альянса поддержать защитников Гилнеаса во время сражений к Си, так что утесы ни о чем.

                • Арсений:

                  Часть горной защиты Гилнеаса была снесена Катаклизмом, а в самой Стене появились проломы. Вторжение Отрекшихся стало возможно. Сначала пришел флот Орды, а потом его отправил на дно флот Альянса.
                  Сейчас Гилнеас — заброшен. Хотя, после Осады Оргриммара, король Вариан говорит, что Гилнеас будет восстановлен.

                  • Ахум:

                    Мнение о том, что Гилнеас был неприступен с моря — ошибочно. При должном старании можно пройти через любую лоцию.

      • Treborn:

        он не призывал их в Крепости темного клыка, из-за чувства вины Аругал сошел с ума и назвал воргенов своими детьми, отступив с ними к поместью барона Сильверлейна, которое позже стало известно как Крепость Тёмного Клыка. А потом он еще проклял деревушку поблизости, после чего ее жители с заходом солнца начали превращаться в воргенов.

        • Арсений:

          Призывал. В машиниме — это ясно показано. Правда, автором труда про воргенов, был даларанский волшебник Ур. И именно его труды, использовал Аругал, после падения Даларана. Попутно, Велинда, владелица Косы Элуны, пыталась встретиться с Аругалом, но не преуспела. Как Коса попала в Гилнеас — неизвестно. Но, именно этот артефакт юные воргены похищают у Отрекшихся, и доставляют в Черную дубраву. Могила Велинды находится в Погибели Роланда, в Сумеречном лесу.

          • Treborn:

            давно машинимы стали каноничными по лору произведениями?

            • Арсений:

              На основе этой машинимы, разработчики WoW, в частности, делали стартовую цепочку воргенов. Как продолжение той истории. В результате, получилась потрясающая история. Причем, то, что Велинду вставили в WoW подтверждает те события. Аругала убили, но его дух можно встретить в Седых Холмах. Он был воскрешен по приказу Короля-лича. Именно так, в Акерусе появились воргены-рыцари смерти.

          • RRHand:

            А как она попала к Отрекшимся? За ней же всадники из Каражана охотились в Сумеречном лесу — квесты с Трясунчиком.

            • Арсений:

              Отрекшиеся захватили то место, где она хранилась в Черной дубраве.
              А сам Трясунчик — сейчас работает помощником на Вороньем Холме, где большинство живого народа — воргены Гилнеаса. Похоже, именно из-за Трясунчика, что вынес сей артефакт из рудника, Коса Элуны попала к ночным эльфам-друидам из Черной дубравы. Ну, а поскольку, именно эльфы, когда-то заточили воргенов в Изумрудном сне, они ощущали вину, перед всеми, кто попал под Проклятие воргенов.

              • Ахум:

                Пишем про стену — читаем про волчков. Лепота!

  5. Arnail:

    Почему это Плеть Стену не штурмовала? Ещё как штурмовала. И отрекшиеся её штурмовали, ещё задолго до того штурма, показанного в Катаклизме. Но всё-таки неудачно, да, благодаря призванным Аругалом воргенам.

    • Ахум:

      Если «подошли, пнули дверку пару раз и ушли» считается за штурм, то — штурмовали.

      • Arnail:

        Угу. Правда пинали дверку они настолько сильно, что королевское войско могло не удержать стену, и придворный маг Генна Седогрива, некий Аругал, убедил его в необходимости призвать из Изумрудного Сна таинственных воргенов.

        • Ахум:

          Ахум, кажется, упомянул, что расходы на содержание стены были непомерно высоки — не было возможности держать боеспособный гарнизон и т.д.

        • Виктор Хисп:

          У Аругала могли быть свои планы на призыв воргенов вне зависимости степени угрозы Плети.

          • Ахум:

            Аругал не мог знать наверняка, что воргены не могут быть подняты в виде нежити.